ucheba v chotlandii

Где учится в Шотландии?

keljtskaja chkola Где учатся много русских студентов, и, как мы выяснили, не только дети очень богатых родителей. И вообще, при наличии трудолюбия, задавшись целью, путь в Шотландию может проделать если не каждый, то уж точно через одного.

Кельтомания

Привет, пишу тебе из Шереметьево-2. Дорогая редакция посылает меня на острова: сначала в Шотландию (язык не поворачивается сказать – в Англию, ведь это две совершенно разные страны – видела “Храброе сердце – “?) и потом – в Ирландию.

У нас в России скоро историю кельтов будут знать лучше своей собственной из-за этой безумной моды на все кельтское. В Москве должны открыться курсы старокельтского языка – гэллика, а питерцы и вовсе устраивают у себя ежегодные шотландские фестивали. И русские теперь мечтают эмигрировать не в Америку, а куда-нибудь, по выражению одного моего знакомого, “в более культурную страну”.

Во-первых, визы. Даже студенческую визу получить не особенно просто, требуется помощь специальных агентств. Меня вывозит на острова Прямой разговор.

С эмиграцией еще сложнее – кроме как получить статус беженца, есть только три пути. Первый – через брак, но этот способ не универсален. Другой – через работу, но у наших специалистов часто возникают проблемы с подтверждением русских дипломов и языком, а бэбиситер вряд ли может сделать карьеру. Третий – через образование.

Шотландский студент (не обязательно из Шотландии) Он представляется самым приемлемым: не все мосты сжигаются, и каждый, кто учится в другой стране, может вернуться домой. А может и не вернуться. Но это уже пусть сам решает. Главное – атмосфера Европы, которая вдыхает в русского человека ощущение, что он – гражданин мира, а не только одной отдельно взятой части суши с грязными улицами, мизерными зарплатами и войнами на имперских окраинах.

Но вот уже объявили посадку – пора. Группа русских журналистов, с которыми я еду, дожевывает бутерброды и волочит сумки к самолету. Отчего-то они не разговаривают между собой ни о чем, кроме шоппинга. Согласно последним исследованиям психологов, нигде русская женщина так не расслабляется, как в магазине одежды. .

Удачи тебе, напишу в следующий раз уже из Глазго.

Как щенков в водуucheba v chotlandii

Знаешь, первое впечатление, которое производит Глазго на человека новоприбывшего, – домашность эдакая: уют, конфетки-бараночки, гимназистки румяные, улочки узкие, дома старинные… Женщины Глазго рождаются бабушками в самом лучшем смысле этого слова. Они могут быть любого возраста, но при этом заботятся и пекутся о тебе, как только бабушка может печься о внуках. Не воспитывают, нет – любят. Соответствующим же образом (глава иностранного департамента – милейшая Шарн Проктер, а не какой-нибудь мужик в юбке) в Университете Глазго носятся с иностранными студентами. Их там очень много, особенно на постдипломной практике.

Я долго пыталась понять, чем же шотландское высшее образование отличается от какого-либо другого. Внешне схема довольно проста: 4 (а не 5, как у нас!) лет обучения на курсе, далее, по желанию, годичная интенсивная магистерская программа, далее, по желанию опять же, три года исследовательской работы для получения докторской (по нашему кандидатской) степени, так называемой PhD – доктора философии.

Это звание человек получает даже в том случае, если он учился на ветеринара. То есть речь тут идет не столько непосредственно о философии, сколько об общей образованности. Человек, имеющий PhD, имеет все. Ему открыты все дороги, он может устроиться на работу в любую компанию мира, у него никогда не возникнет проблем с подтверждением диплома.

Университет Глазго входит в “Universitas 21” – консорциум лучших университетов Северной Америки, Юго-Восточной Азии и Европы. При этом единственная жалоба русских, которых мы здесь встретили, – не жалоба даже, так, песнь адаптации – “бросают, как щенка в воду”. То есть дают тему для работы – и вперед. Следствие такой самостоятельности: выходцы из шотландских вузов изобрели телефон, телевизор, цветную фотографию и построили, между прочим, Спасскую башню Московского Кремля (я не шучу, ее действительно построил выпускник Университета Глазго – Кристофер Гэллоуэй). Люди из Плехановского института переезжают в Глазго – говорят, что здесь учат экономике лучше. Евгений Онегин ведь тоже “читал Адама Смита и был глубокий эконом”. Смит, кстати, воспитанник все того же университета. Рейтинг лучших британских университетов гласит, что 95% выпускников Университета Глазго находят работу в течение первого полугода после получения диплома. При общих размерах европейской безработицы это очень высокий показатель…

Хлороформ для королевы

Жители Глазго обещали, что Эдинбург по сравнению с их родным городом гораздо более мрачный и унылый, а эдинбуржцы, мол, более чопорны и строги – скорее англичане, чем шотландцы. Ничего, знаешь, подобного. Ну, музей пыток, ну, архитектура питерская совершенно, ну, паб есть, оформленный кошмарно под улицу Вязов. Но не более.

Да, Эдинбургский университет – гораздо более строгое, даже по атмосфере, заведение, нежели University of Glasgow. Однако, если покопаться в методах, применяемых учеными и студентами этого места, обнаружится удивительная революционность.

Вот, например, преподаватель Эдинбургского университета сэр Джеймс Джон Симпсон. Отец английского родовспоможения, он первый додумался до того, чтобы давать рожающим женщинам хлороформ для облегчения мук. Замечу, что на дворе стоял XIX в. Добровольно испытывать на себе хлороформ никто не собирался, и сэр Симпсон решил пойти другим путем. Он пригласил всех своих друзей в гости, устроив для них обед с морем отличного вина. Когда гости вошли во вкус и начали затягивать застольные песни, сэр Симпсон громогласно объявил, что собирается предложить собранию нечто совершенно особенное. С подушкой, пропитанной хлороформом, он начал обход гостей и каждому давал подышать. Когда гости стали засыпать, сползать со стульев и валиться под стол, сэр Симпсон счел эксперимент удавшимся.

А через некоторое время экспериментатору повезло еще больше. Забеременела королева Виктория, и он был приглашен акушером. Сэр Симпсон давал королеве хлороформ, чем настолько облегчил ее муки, что через некоторое время в королевстве применяли хлороформ для облегчения родовых мук абсолютно все.

Еще скажу тебе, что одним из студентов Эдинбургского университета был сэр Артур Конан Дойл. Кроме него Эдинбургская альма-матер вскормила Вальтера Скотта и Роберта Льюиса Стивенсона, на папу же Шерлока Холмса университет оказал особое влияние.

Личность Холмса – это групповой портрет профессоров Эдинбургского университета. А самое смешное, что дедуктивный метод Холмса – в его научном, разумеется, понимании – до сих пор практикуется в университете, и студентов специально обучают ему. Очень многие студенты – как в Глазго, так и в Эдинбурге – ходят в шотландских национальных юбках, килтах. Такая мода. Прощаюсь, следующее письмо – из Ирландии.

Похожие записи

Добавить комментарий